• Один в лодке с мясорубкой.

    0 Невероятная история о человеке, который в одиночку пересек Атлантический океан, снабжённый лишь стандартным набором для потерпевших кораблекрушение и неприкосновенным запасом продуктов, сохранность, которого была официально засвидетельствована по окончании эксперимента.

    Цель плавания заключалась в том что люди, потерпевшие кораблекрушение, могут прожить длительное время в море без запасов пищи и воды, питаясь только тем, что они могут добыть в море.

    В ходе плавания Ален Бомбар выживал рыболовством, используя рыбу как пищу и как источник пресной воды. Ранее разработанным и лично сконструированным ручным прессом он выжимал из рыбы сок - пресную воду. В небольших количествах он пил и морскую воду, чем доказал миру, что в малых дозах солёную воду океана всё же можно пить, чередуя её с пресной. За 65 дней перехода Ален Бомбар потерял более 25 килограммов собственного веса из-за обезвоживания организма.

    19 октября 1952 года в мире произошло событие, нашедшее отражение во всех мировых СМИ. Во всех, кроме советских. Какой-то сумасшедший французский врач, вознамерившийся в одиночку пересечь Атлантический океан! Да еще на надувной резиновой лодке! Ему что, жить надоело? Или славы возжаждал?

    Ален Бомбар пошел на это не из спортивного интереса - смельчаки уже пересекали океан. Доктор хотел помочь тем, кто окажется за бортом погибающего в море судна. «Необходимо было вернуть этим несчастным надежду, - писал он в своей книге «За бортом по своей воле». - Одно это спасало бы ежегодно тысячи людей, и тысячи вдов не проливали бы над ними слезы. Ради этого стоило рискнуть одной жизнью». И он рискнул своей.

    Еретические мысли

    На что он рассчитывал? На то, что во время своего плавания удастся приобрести опыт, который поможет ему самому и другим - тем, кто окажется один на один с океаном без воды и продуктов. Спасти себя и спасти других - это и стало главным смыслом во всей его жизни.

    После множества опытов он выбрал надувную лодку из прорезиненной ткани в виде подковы: попавшая через борт вода должна свободно уходить туда, откуда пришла. Он назвал свой дредноут «Еретиком» - по его замыслу это название должно означать «бросающий вызов».

    Он отправился по следу Колумба, но тоже был первооткрывателем. Потому что то, что он собирался сделать, до него не делал никто: по существу, он отправился в путешествие, не взяв с собой НИ-ЧЕ-ГО! Все необходимое для жизни он должен добыть в океане.

    Но что-то он взял? Ну да, разумеется. Во-первых и самое главное - соковыжималку. Нет, он не собирался давить сок из тропических фруктов. Но из собственного опыта уже знал, что сей инструмент - единственное пока что средство добывать пресный сок из рыб. Кроме того, он взял с собой складной нож с лезвием хорошей стали, леску и несколько рыболовных крючков - все это теперь кладут в спасательный комплект шлюпок любого судна. Кроме того, у него был маленький радиоприемник и передатчик: подать сигнал SOS, когда совсем прижмет.

    Ну а для души? Что-нибудь, что могло бы поддержать в трудную минуту? О да, конечно. Несколько книг: Мольер, Рабле, Сервантес, Ницше, Эсхил, Монтень, Спиноза. Великие мыслители в трудную минуту, он верил, не подведут.

    Был и «неприкосновенный запас» с рыбными и мясными консервами и запакованным в опечатанные банки шоколадом и сахаром. Но все это Ален так и не распаковал. Как и водонепроницаемую коробочку с ядом - на самый-самый крайний случай.

    Жизнь есть сон

    Утро того памятного дня, 19 октября, выдалось, по счастью, благоприятным: веял устойчивый северо-северо-восточный ветер - то, что и было нужно. Небольшая яхта вывела «Еретик» из порта, и доктор Бомбар с каждым мгновением стал удаляться от столицы Канарских островов Лас-Пальмаса. Когда ветер утих, Бомбар доверил свою судьбу попутному южному течению.

    Что с ним было потом? Проще сказать, чего не было. Жестокий шторм, когда по океану ходили ожившие горы, а легкое суденышко уподоблялось цветочному лепестку. Мертвые штили, когда испепеляющее солнце выпаривало, казалось, последнюю влагу из организма.

    Более всего мореплаватель страдал от отсутствия пресной воды и от одиночества. Он пил сок летучих рыб, которых собирал каждое утро: ударившись в полете о парус, они оставались в лодке, и к утру их набиралось до 15 штук. Но он пил и морскую воду, отцеживал и ел планктон.

    Это и составляло одну из главных задач: доказать, что в определенных количествах забортную воду пить можно. Но осмотрительно: иначе - гибель из-за восполения почек. Но Бомбар точно рассчитает все - и время, и дозу воды. Только это будет потом.

    А от одиночества, гложущего, беспощадно сосущего душу, он спасался, слушая радио, правда, недолго: приемник вскоре умолк навсегда. И еще помогал крепкий и долгий сон. Он вполне доверял своей лодке и, закрепив руль, ложился на жесткие доски настила и спал, не просыпаясь, часто по 15 часов в сутки. Во сне он не ощущал одиноким себя: видел близких людей и друзей - всю жизнь свою прежнюю и тех людей, ради которых он отправился в невероятное плавание.

    Опасные соседи

    Пару раз его навещали киты, проявлявшие явное любопытство. Часто приходили акулы. Они близко кружили, но не нападали. Одна, видимо, из крайнего любопытства решила попробовать, каков на вкус французский доктор, и сунулась в лодку с кормы. Бомбар убил ее ножом, привязанным к веслу.

    О неожиданной, загадочной встрече записал в дневнике: «Сегодня за мной плыла какая-то зеленая колбаса длиной 2 - 3 метра, толщиной сантиметров 20. Это не водоросли, потому что колбаса извивается и сокращается…» Что это было? Неизвестное науке животное?

    Первые три недели он обходился рыбным соком и океанской водой. Только 11 ноября небо одарило его первым дождем. Бомбар кинулся собирал подарок небес в 15-литровый резиновый мешок. В такое счастье было трудно поверить…

    Он чуть не погиб. От того, что он сидел все время на одном месте, в борту лодки стали проявляться потертости - и это привело его в ужас. Он стал подкладывать под спину надувную подушку и с того дня, как впервые заметил опасность, тщательно осматривал всю лодку - пядь за пядью. И вдруг внезапным порывом ветра подушку снесло в океан…

    Не раздумывая, он бросился за борт. Настигнув подушку, он обнаружил, что «Еретик» бодро убегает и расстояние меж ними с каждой секундой растет. Бомбар кинулся вдогонку, но лодка ближе не делалась… «Такой глупый конец…» - успел он подумать. И вспомнил о заветной ампуле, что лежала в кармане рубахи.

    В ту минуту, когда он совсем потерял надежду, ветер утих, лодка сбавила ход.

    Цена надежды

    И вот, наконец, на горизонте Барбадос. Последние усилия, последние мили пути длиною в 65 дней. Он сделал это! После плавания, во время которого он отметил свой 28-й день рождения, Бомбар сел за научный труд. Теперь он знал, что надо делать оказавшимся за бортом по воле случая. Он выдал четкие рекомендации для переживших кораблекрушение (эти инструкции есть теперь в каждой спасательной шлюпке). Но главное - Бомбар подарил надежду.

    «Потерпевший кораблекрушение, лишенный всего после катастрофы, может и должен сохранять надежду, - писал герой. - Внезапно он поставлен перед дилеммой - жить или умереть, - и он должен собрать все свои силы, всю волю к жизни, все мужество для борьбы против отчаяния».

    В ответ врачу пришли десять тысяч писем, в которых повторялась одна и та же благодарность: «Если бы не ваш пример, мы бы погибли!»

    Ален Бомбар «За бортом по своей воле»

    (отрывки)

    Весна 1951 года. Раннее утро. Я мирно сплю в своей комнате при

    госпитале в Булони. Внезапно раздается телефонный звонок:

    - Дежурный интерн?

    - Да Что случилось?

    - Кораблекрушение у мола Карно!

    - Сейчас иду.

    Еще не подозревая всего трагизма катастрофы, я, чертыхаясь, натягиваю

    на себя одежду и поспешно спускаюсь в приемный покой. Здесь еще никого нет.

    Швейцар рассказывает мне, что траулер "Нотр-Дам-де-Пейраг" из маленького

    порта Экиэм заблудился в тумане и налетел на конец мола Карно.

    Снаружи довольно холодно, но море совсем тихое и поэтому я не испытываю

    особого беспокойства. Мол Карно - одно из крайних сооружений порта. Во время

    сильного ветра он очень опасен, но, когда море спокойно, подняться на него

    не составляет труда, так как на его внешней, обращенной к морю стороне через

    каждые двадцать метров устроены лестницы.

    Слышится автомобильный сигнал: это машина спасательной службы. Двойная

    дверь распахивается настежь и, весьма гордый своей ролью, я выхожу вперед.